Страшно сказать, но война на Украине идет уже пятый год. Количество ракетных и дроновых атак постоянно растет. И по прогнозам большинства аналитиков, даже после наступления долгожданного мира не следует ждать полной безопасности, потому что наш агрессивный сосед никуда не денется.
Не пора ли нам вернуться к вопросу укрытий в Украине, и, на основе уже сложившегося опыта бессонных ночей без удобств, полностью переосмыслить их. Ведь в условиях и перспективах, которые мы имеем сегодня, наши безопасные места уже не могут сводиться только к теме безопасности. Сегодня мы должны заботиться еще и о том, как сделать укрытие местом для полноценного сна и восстановления сил. Нам ведь мало просто пережить ночную атаку не спав, на ногах — нам утром надо собраться на работу, отвести ребенка в садик или школу, а потом эффективно отработать полный рабочий день.
Что с укрытиями в Украине
Украина за годы полномасштабной войны существенно нарастила фонд защитных сооружений: в начале 2025 года их было более 62 тысяч, к началу 2026 года в стране уже насчитывалось 66 574 защитных сооружения гражданской защиты, тогда как до полномасштабного вторжения — около 20 тысяч. Но и при таких цифрах потребность остается огромной, а доступность укрытий все еще неравномерна между регионами. В столице насчитывается более 4,3 тысяч сооружений гражданской защиты, и для киевлян действует карта укрытий. Это хорошо, но сам факт наличия карты еще не означает, что каждое укрытие действительно удобно, близко к дому или пригодно для длительного пребывания.
По законодательному определению, найпростейшее укрытие – это цокольное или подвальное помещение или другое сооружение подземного пространства, где созданы условия для пребывания людей не менее 48 часов. Укрытие с чисто безопасными требованиями к нему должно иметь два независимых входа, мощное перекрытие и покрытие грунтом для рассеивания энергии взрыва, вентиляцию, электроснабжение, минимальную санитарную инфраструктуру, устройство светоотражающей навигации и противопожарного, а также минимального медицинского оборудования (например, аптечки). Однако такие укрытия уже не отвечают нашим потребностям: людям сегодня нужно не только безопасное место для временного пребывания. Нам нужны условия для короткого отдыха, ночного сна, зарядки телефона, доступа к воде, туалету. А с наличием связи и розеток для зарядных устройств, чтобы иметь возможность удаленно работать или учиться во время дневных тревог. То есть укрытие должно быть еще и удобно.
По официальным данным, в ночь на 2 и 15 июня во время ракетных атак на станциях киевского метрополитена покрывались около 41-42 тысячи человек, из них примерно 3,4 тыс. — дети. А в ночь с 1 на 2 июля — более 52,5 тысяч жителей Киева снова нашли убежище в метро. Это самое большое количество за последние годы. Точных цифр по всем гражданским укрытиям города нет, но можем быть уверены, что их посещали десятки тысяч киевлян. На первый взгляд цифра большая, но для города-миллионника это лишь незначительная часть общей потребности. Одна большая атака способна одновременно вывести в укрытие большее количество людей. Поэтому городу необходима значительно более широкая сеть безопасных и удобных пространств, расположенных в непосредственной близости к домам, чем только подземка и одиночные паркинги современных новостроек.
Фото: Андрей Ходьков, "Апостроф"
Я уверена, что если человек во время ночной атаки может не просто скрыться, но и немного восстановиться, то утром он имеет гораздо больше шансов вернуться к нормальному ритму жизни. Она не начинает день истощенной, не проводит утро в стрессе за детей и не выпадает из рабочего процесса до самого вечера. Для бизнеса это означает меньше остановок в работе, для государства — меньшие потери, когда человек физически есть, но после тяжелой ночи не может нормально работать. Укрытия в таком смысле становятся частью гражданской устойчивости: они помогают сохранять рабочие места, поддерживать бизнес и не терять темп жизни, несмотря на войну.
Есть ли финансирование
В 2025 году государство выделяло средства на обустройство укрытий в школах, а в 2026-м — отдельно предусмотрело средства и для школ, и для детсадов. Однако сам факт финансирования еще не означает автоматически качественного результата: официальные аудиты показывают, что часть средств может использоваться неэффективно, а часть проектов затягиваться или не доводиться до надлежащего состояния. Поэтому ключевой вопрос сегодня не только в том, сколько денег выделено, но и в том, превращаются ли они в действительно безопасные и удобные хранилища. Я не призываю инвестировать в строительство с нуля. Ведь в реальном городском пространстве в качестве хранилищ могли бы работать помещения, расположенные под землей или в цоколе уже имеющихся зданий: офисы, магазины, торговые центры, подземные паркинги, переходы и другие подходящие объекты недвижимости. Законодательство уже позволяет брать такие пространства на учет как самые простые укрытия. Следовательно, достаточно профинансировать только их оснащение.
Отдельный вид укрытий, которые можно увидеть в городах, сейчас — это мобильные хранилища, которые особенно важны там, где быстро возвести капитальное сооружение сложно или долго. Из-за дефицита полноценных укрытий возникла идея мобильных защитных сооружений — например, бетонных павильонов на автобусных остановках или на территории крупных торговых сетей. Они производятся из бронированного бетона или стали и могут содержать сидячие места, вентиляцию, связь и пожарные средства. Такие постройки хорошо защищают от обломков, но при прямом попадании большой ракеты не дают никакой гарантии. По разным оценкам, один небольшой мобильный комплекс стоит около 10 тыс. долларов. И здесь возникает логичный вопрос: стоит ли инвестировать именно в такие укрытия, лучше ли направлять средства на более надежные решения, рассчитанные на более длительное пребывание людей с койко-местами и туалетами.
По моему мнению, укрытие сегодня пора воспринимать как базовую часть городской инфраструктуры, которой является тепло, вода или транспорт. И чем плотнее, доступнее и удобнее будет сеть таких хранилищ, тем быстрее люди смогут возвращаться к привычному ритму повседневной жизни. Убеждена, что Украине на пятом году войны пора начинать хотя бы смотреть на модели инфраструктуры укрытий, которые используются в других странах, выбирать лучший опыт, считать сметы и привлекать финансирование под переоборудование в удобные (не только безопасные) хранилища имеющихся объектов недвижимости и строительство новых.
Практика других стран
Фото: Unterirdisch Überleben
В Швейцарии — стране, не находившейся в состоянии международной войны более 200 лет— свыше 360 тысяч ядерных хранилищ, способных защитить все население страны. Сегодня на каждого жителя приходится свое «бомбоубежище». Это более 9 млн. мест на страну, что даже перекрывает потребности всего населения. Там все защитные сооружения — это подземные бетонные помещения, которые являются неотъемлемой частью почти каждого жилого дома, с бронированной дверью, вентиляцией с фильтрами и запасами воды, туалетами и даже с мобильными койко-местами. Каждый год в этих сооружениях проводятся проверки исправности датчиков тревожного сигнала, герметизации дверей и другие проверочные мероприятия. Владельцы бункеров обязаны обеспечить у них наличие запасов для многодневной автономии: питьевую воду, медикаменты, а в некоторых кантонах даже пищу длительного хранения. Эти запасы постоянно обновляются в зависимости от сроков годности. В стране действуют жесткие требования: во всех новостройках укрытия обязательны, а за нарушение предусмотрены штрафы.
Начали ли в Швейцарии строить укрытие ради безопасности только с началом полномасштабного вторжения в Украину? Нет, Швейцария строит массовую сеть хранилищ еще с начала 60-х годов. Процесс начат на фоне обострения Холодной войны и страха перед ядерной угрозой, когда страна приняла беспрецедентные законы, которые впоследствии гарантировали каждому гражданину персональное место в бункере.
Если взять пример Израиль, то там начали создавать укрытие сразу после обретения независимости в 1948 году, чтобы защитить людей от первых военных конфликтов. И после принятия Закона о гражданской обороне в 1951 г. в стране начали обязательно строить совместные подземные бомбоубежища для каждого жилого дома или группы зданий. А уже в 1993 году из-за опасности ракетных и химических ударов строительные нормы кардинально изменили: в новых домах обязательно обустраивают «мамады» — индивидуальные укрепленные комнаты из армированного бетона непосредственно внутри каждой квартиры с вентиляцией и канализацией. Запасы пищи и воды обитатели обычно хранят самостоятельно. Кроме того, сталкиваясь с постоянными обстрелами, Израиль размещает подобные мини-бункеры у остановок и школ (особенно на юге страны).
А если посмотреть, например, еще на Швецию, то она тоже сегодня имеет 64–65 тысяч защитных сооружений, способных вместить примерно 7 миллионов человек, или 70–80% населения. Шведские хранилища имеют водяные резервуары, вентиляцию, обогрев и биотуалеты. Строительство масштабной системы укрытий началось во время Второй мировой войны, а самая активная фаза пришлась на 1950–1960-е годы. Разветвленность укрытий поражает, ведь они встроены в жилые и промышленные здания, а некоторые вырублены непосредственно в скалах. С 2002 года страна прекратила строительство новых бункеров, однако после вступления страны в НАТО в 2024 году, на фоне общей ситуации безопасности в Европе, власти возобновили инвестиции в это направление, начав масштабную программу модернизации существующих укрытий, выдерживающих радиацию, химическое и биологическое оружие. Большинство бункеров в отсутствие угрозы сегодня используются как обычные паркинги, склады или спортивные залы, но в случае чрезвычайной ситуации они должны быть приведены до полной готовности за 48 часов.
Наша страна уже прошла большой путь от почти полной нехватки защитных сооружений до десятков тысяч объектов по всей стране. Но самое время начать важнейший этап — преобразование укрытий из просто имеющихся в действительности функциональных. Именно в этом и новая логика безопасности: безусловно, укрытия в первую очередь должны защищать жизнь, но в то же время они должны помогать людям восстановить силы. Чтобы после тяжелой опасной ночи украинцы снова могли работать, дети учиться, предприниматели поддерживать экономику страны. И не терять чувство нормального ритма жизни там, где война пытается его уничтожить.
